Этим летом в наш Tapuzim приехали удивительные книжки – «Сказки в стиле великих художников» — популярные детские сказки с иллюстрациями, выполненными в стиле Рембрандта, Дюрера, Ван Гога, Климта, Шагала, Кандинского. И сразу на себя обратила внимание сказка «Русалочка» с нежными иллюстрациями в стилистике Клода Моне. Хотелось бесконечно вглядываться в эту сказочную историю, словно подернутую дымкой загадочности и печали…
Каково же было наше удивление, когда мы узнали, что автор иллюстраций – Екатерина Ройз – живет в Израиле! Конечно, мы не могли не встретиться с художницей. Это было еще в сентябре.
Мы любовались картинами Катиного мира, вслед за ней шагали по улицам Рамат- Гана, Тель-Авива, видели, как просыпается маленький парк возле ее дома, знакомились с очаровательными пожилыми дамами в соседнем кафе, наблюдали за неспешными прогулками котов, голубей… Открывали заново привычный мир израильских улиц и израильских лиц, и этот мир очаровывал своим светом, ясностью и наивным лукавством.
… А завтра была война
А потом наступило 7 октября. Центр страны в первые несколько недель бомбили постоянно. За это время Катя с мужем и грудным ребенком отработали четкий маршрут: из постели в подъезд с четвертого этажа на первый по лестнице с сумкой с документами и самыми необходимыми вещами – за 1,5 минуты.
— Ужасно, что Холокост не ушел из нашей жизни! 7 октября мы проснулись как все, от сирены. Побежали в подъезд (дом без бомбоубежища), а потом вернулись домой и начали готовить завтрак, все казалось довольно обыденным. И тут начали поступать новости, от которых мурашки пошли по всему телу, мысли, и чувства как будто застыли… Отчаянные сообщения от жителей кибуцев, которые просили приехать армию, полицию, хоть кого-то, чтобы им помогли. Масштаб трагедии тогда еще не был понятен, но ужас происходящего постепенно сковывал. А в следующие несколько недель я почти не спала, ходила как во сне. В центре страны все время были сирены. Я постоянно читала новости и, хотя специально не искала жуткие видео и описания событий 7 октября, многое посмотрела, и это, конечно, сбивало с ног. При этом нужно было как-то функционировать и заботиться о малышке, ей всего год.
А я чувствовала, что после этого чудовищного теракта, в ситуации, когда над головой моего ребенка беспрерывно летят ракеты, я не могу всех жалеть, а могу только своих. Я очень вежливо советовала людям почитать о конкретных исторических событиях и даже приводила источники. Под хейтерскими постами, где Израиль призывали уничтожить, всех нас отсюда куда-нибудь выселить, а также рассказывали, какой Гитлер молодец, и как жаль, что не довёл дело до конца. В итоге мою страницу с 23 К подписчиков взломали и удалили.
У Кати с мужем не было порыва уехать куда-то, было тяжело, но мыслей таких не возникало. Наоборот, думали о том, что настолько больно и страшно за свою страну, что хочется обнять всех соседей, просто прохожих на улице…
В минуты затишья я выходила на улицу и чувствовала, что все вокруг – это как будто семья, все подбадривали друг друга, старались улыбаться, говорить какие-то поддерживающие слова. В эти дни я много рисовала свой город Рамат-Ган, прохожих на улице, бабушек в соседнем кафе, и как никогда чувствовала – это моя Страна.
Путь к себе
…Катя приехала в Израиль 7 лет назад из Кемеровской области. История репатриации ее семьи началась еще в 1995, когда в Израиль собирались переехать Катины родители, но не решились. Подростком Катя часто ездила в лагеря от Сохнута, а через много лет сама прошла курсы мадрихов, и уже ездила работать вожатой.
В Томске Катя окончила университет по специальности «Реклама» и поступила в аспирантуру. Во время учебы в аспирантуре съездила на молодежную программу «Маса» в Ариэльский университет.
— Я занималась там научными исследованиями, изучала Trauma studies, то, как народы, пережившие коллективную травму (репрессии, Холокост, война) , занимаются сохранением памяти об этих событиях, как рассказывают о травме, как создают музеи и памятники, посвященные трагедии, и почему это важно делать. В 2017 году я приняла осознанное решение уехать в Израиль окончательно. У меня никогда не было проблем с еврейской самоидентификацией, просто решение созрело.
В ее семье много музыкантов, дедушка был директором музыкальной школы, все играли на разных инструментах. Но Катя с детства мечтала рисовать. И уже когда училась в университете, пошла в вечернюю художественную школу для взрослых, ходила туда по вечерам, потом еще занималась в мастерской у известного сибирского художника Петра Павловича Гавриленко.
— Я очень хотела рисовать! И у меня было ощущение, что это мой путь. Важно ведь, чтобы было не только умение рисовать, но понимание того, что ты рисуешь. И здесь нужен жизненный опыт, впечатления. Главное – чтобы было, о чем рассказать в своих картинах, а как – это уже просто владение техникой, ремесло.
Катя рисовала иллюстрации для сибирских журналов, а первый опыт работы был в издательстве «Компас-гид», где она сделала обложку для сборника Нины Дашевской «Второй». А уже потом было молодое московское издательство Voicebook, с которым Катя Ройз сделала несколько проектов. Ей написала Евгения Ханоянц с предложением поработать на большом проекте «Сказки в стиле великих художников», попробовать сделать сказку в стилистике Клода Моне. Катя прислала первые наброски, редактор одобрил.
— Мне очень нравится сама идея этого проекта, и сейчас, спустя почти 4 года считаю, что такие проекты обязательно нужны! «Сказки в стиле великих художников» знакомят детей не только с сюжетом сказок, но и с манерой, стилем знаменитых художников. Мне приятно, что моя «Русалочка» до сих пор пользуется популярностью у маленьких и больших читателей.
Фантастическая история, соединяющая миры и эпохи
Летом 2021 года американская писательница, психолог, автор детских книг Патрисия Блэк- Гоулд Pat Black-Gould отправила Кате в инстаграм сообщение, в котором предложила проиллюстрировать ее книгу про маленькую девочку, пережившую холокост. Еврейская девочка Лялька из небольшого польского городка чудом осталась жива, благодаря тому, что ее под видом обычной польской девочки спрятала в своем монастыре католическая монахиня. Лет 30 назад эту историю из жизни своей семьи рассказал писательнице раввин, и Патрисия написала повесть.
— Меня очень взволновало это сообщение. Я ответила Патрисии, что эта тема очень близка мне, потому что мой дедушка – выживший в Холокосте. Он родом из местечка Деражня в Украине, откуда в 1941 г. мои прадедушка и прабабушка и их 9 детей, включая моего дедушку, смогли убежать буквально за несколько дней до того, как туда пришли немцы. В Деражне было создано гетто, а затем все еврейское население местечка было расстреляно. Сейчас там братская могила на 3,5 тысячи человек. Все, кто не убежал, остались там…
Эта тема, которая напрямую касается моей семьи, и кроме того, я много лет занималась ею в сохнутовских лагерях.
В ответ на это мое сообщение Пэт написала, что она мечтала найти художника, который имеет к этой теме непосредственное отношение, который пропустил бы это через свое сердце. Так мы нашли друг друга. И в течение всего проекта Пэт повторяла, что это судьба, что это фантастическая история.
Так в этой книге американской писательницы Патрисии Блэк- Гоулд, изданной американским издательством, появилась страничка о дедушке Кати и истории евреев в маленьком украинском местечке Деражне. Поистине удивительная история!
Но это еще не все. Книга вышла в свет и сразу была представлена на нескольких конкурсах. Члены жюри, к которым попала эта книга, написали очень хорошие отзывы на иллюстрации Кати Ройз. Это еще один значительный шаг для молодой израильской художницы.
«От полуфиналиста до финалиста до обладателя золотой медали! – так написала в своеминстаграме автор книги Патрисия Блэк—Гоулд. — Спасибо, Ассоциация писателей Флориды! Катя, это для нас обеих. Ваши прекрасные иллюстрации оживили эту книгу.
Когда мы с Катей впервые обсуждали эту книгу, она рассказала о своем дедушке, который сбежализ Украины, как раз тогда, когда нацисты вторглись в СССР. Эта книга находилась в процессеподготовки к публикации, когда пришла новость, что началось военное вторжение на Украину. Аза две недели до получения этой награды на Израиль, страну Кати, напал страшный враг. Моимолитвы за Катю, ее семью и страну, которая сейчас воюет!
Цитата из книги, от католической монахини к еврейской матери:
«Я верю в Бога. Я верю, что сила, соединяющая нас, больше всего, что может разделить нас. «
В тревожные времена мы надеемся, что это чувство когда-нибудь станет правдой.
— Я собирала много референсов для этой книги – у меня были большие, объемные папки. Это важно, когда события в произведении привязаны к конкретной дате и месту. Я изучала, как выглядели монастыри в Польше, какая была мода в 30-40 годы, как люди одевались, какими предметами обихода пользовались, как выглядели интерьеры польских квартир того времени. Некоторые мелочи я взяла даже из своей семьи. Например, среди предметов быта, изображенных на одной из страниц книги, нарисована шкатулка, которую я срисовала с нашей семейной реликвии – шкатулки, которую моя бабушка получила от своей бабушки. Пэт очень нравилось, что мои рисунки содержат такие реалистичные детали, наполняющие книгу жизнью.
Она вообще очень прислушивалась ко мне. Согласилась с моим предложением изменить и дополнить первоначальный список иллюстраций. Особое внимание я уделила палитре книги от светлых теплых оттенков в начале, — к более тревожным и темным по мере развития сюжета. В финале книги есть надежда, и я вновь использовала светлые краски.
Это может прозвучать странно, но мрачная и одновременно счастливая история моей семьи, их спасения — одна из причин, почему я никогда не отчаиваюсь в жизни и не позволяю себе плоховать: если уж моя семья такое пережила, то я точно не имею право вешать нос.
Дети вдохновляют!
Катиной дочке, Лее недавно исполнился годик. Она не ходит в садик, Катя занимается с ней дома. Когда малышке было 3 месяца, Катя придумала книжку, сделала раскадровку, и очень надеется, что в Новом 2024 году получится издать ее в известном издательстве. Дети вдохновляют!
Дочке я читаю на русском языке, у нас есть огромная библиотека. Думаю, что русский язык будет у нее первым, родным, это тот язык, на котором мы с мужем разговариваем, на котором я мыслю, пишу, на котором она, надеюсь, будет общаться с дедушками и бабушками, а, может, и с друзьями.
Я не могу не рисовать… Свободного времени, как было до появления Леи, у меня теперь не очень много, но стараюсь включать в него и рисование.
Я преподаю Арт в русской гимназии по пятницам и веду частные уроки рисования для детей и взрослых. Пока, к сожалению, не получается взять всех желающих, потому что ребенок требует много сил и времени, а у меня батарейки довольно быстро садятся. Но я стараюсь быть полезной и приносить своими работами радость людям, особенно в такое непростое время.
