В Израиле живет и работает замечательный детский поэт, переводчик Леонид Сорока, автор лирических и детских книг, член Союза русскоязычных писателей Израиля, член ПЕН-клуба. Недавно Tapuzim.store познакомился с Леонидом Моисеевичем и его чудесными книгами, которые теперь можно приобрести в нашем магазине.
Нас поразила биография этого человека: родился в Киеве, потом семья переехала в маленький лесной посёлок в Удмуртии, вскоре началась война, сталинские репрессии, долгожданное возвращение в Киев, учеба, потом Москва и вот, наконец, Израиль… И все это время Леонид Сорока писал очень светлые, добрые стихи, которые так нравятся детям и так легко запоминаются. Может быть потому, что он в душе так и остался ребенком? Вот, что Леонид Моисеевич сам говорит о своей жизни:
- Детство моё, хоть и выпавшее на не самые благоприятные военные и послевоенные годы, было по-своему счастливым. Помню, когда умер Сталин, я в свои 12 лет пытался переживать вместе с окружающими, а на отцовском лице пряталось подозрительное веселье. Господи, да мало ли что я помню из того, о чём уже многие не имеют понятия. Скажем, о лаптях, плетённых из лыка. С каким восторгом я наматывал портянки, потом подвязывал эти лапоточки и смачно шлёпал в них по осенней вязкой грязи. И липучесть сосновой смолы, и ароматы бензина в гараже, где стояли полученные по «ленд-лизу» «студебеккеры», и запах конского навоза в леспромхозовской конюшне, и лисички, растущие прямо под домом – всё это осталось где-то на самом дне…
Мой отец был директором Леспромхоза. Дома на столе у него всегда были книги. Он ездил по участкам на бричке, запряженной орловским рысаком. И случалось, сидя на облучке, умудрялся дочитывать недочитанное. Отец, отправляясь на участки, иногда брал меня с собой. На самом лесоповале скорее всего работали зэки. Мы, дети, тогда мало что понимали о происходящем в стране. Хотя я был, как говорят сегодня, «ботаником», лез во все взрослые дела.
На полке у отца стояла 50-томная «Большая советская энциклопедия». И я в часы досуга читал эти тома. До сих пор помню названия на корешках обложек типа «Аризона – Аяччо». Никому неизвестное Аяччо – родина Наполеона – запомнилось мне, хоть вряд ли это были самые необходимые знания.
Когда мне исполнилось 15 лет, семья вернулась в Киев. Стихи я продолжал писать, и однажды мне представился случай показать их настоящему писателю. Я попал на встречу с Ефимом Чеповецким, драматургом и детским поэтом. Набрался нахальства и подошёл к нему после выступления, чтобы поговорить о своих стихах. Ефим Петрович, как ни странно, не отмахнулся от меня, а дал свой телефон и предложил позвонить, чтобы договориться о встрече. И она состоялась. В первую нашу встречу я захватил с собой тетрадку наивных стихов с претензией. Ему я обязан знакомством с Валентином Берестовым. Валентин Дмитриевич стал крёстным отцом моих первых столичных публикаций.
Была в ту пору в Киеве литературная студия при издательстве «Молодь». Там собиралась публика самая разная, но дух царил свободный. Часто выступал Василь Стус, замечательный украинский поэт, диссидент, которого дважды сажали в тюрьму, где он и умер. Этот красивый человек просто поразил своим благородством и отвагой. Там я встречался и с Виктором Некрасовым, и с юным гениальным поэтом Леонидом Киселёвым. Первые мои книжки вышли в киевском детском издательстве «Веселка».
С тех пор Леонид Моисеевич написал много-много чудесных стихов, и даже либретто для мюзикла. В Киеве вышла в свет книга Леонида Сороки «Монетки на ветке» с волшебными иллюстрациями молодой украинской художницы Марыси Рудской. В нашем магазине есть 6 разных стихотворных сборников этого чудесного поэта, и в каждой книге – радость. У ребенка должно быть счастливое, творческое настроение, которое неизменно возникает при чтении стихов Леонида Сороки.
Корова на льду
Ну, честное слово,
Ну, что тут такого,
Взаправду на нашем пруду
Каталась корова,
Каталась корова,
Каталась корова на льду.
На круглом катке
В цветастом платке
Крутила восьмёрки бурёнка.
А чей-то козёл
Корову довёл
До слез, хохоча ей вдогонку.
Хоть жалко мне слов
На разных козлов,
Но всё же скажу я сурово:
«Ты просто дурак!
Попробуй-ка так
Кататься,
Как эта корова!»
